Дети войны. Кто они?

«Летом 1941 года моя семья уехала в Дальник и очутилась на передовой. В 150 метрах от нашего дома был вырыт противотанковый окоп. Румыны наступали со стороны Кишиневской дороги, а наши стреляли по ним со стороны Одессы. Находясь меж двух огней, мы 73 дня просидели в подвале. После того как наши войска оставили Одессу, мы пробрались в свою квартиру на Молдаванке. Наше жилье, как и квартиры соседей, было разграблено, все было перевернуто вверх дном. Моему двухлетнему братику было очень страшно, он не понимал, что происходит. В результате малыш получил порок сердца. Мы сразу же помчались в единственную функционирующую больницу – «инфекционку» на Пастера. Брата положили в стационар, где в скором времени он заразился дизентерией и умер. Так у мамы нас осталось не трое, а уже двое. В таком составе наша семья жила до самого освобождения», – вспоминает Валентина Михайловна.

Мало кто помнит, но во время оккупации в Одессе был страшный голод, люди выживали, как могли. Матери и старшие родственники кормили, в первую очередь, детей, жертвуя собой, истощая свой организм: «В 1942 году моя мама чуть не умерла. На базаре она выменяла свою одежду на макуху. Пока несла ее домой, откусила кусочек, после чего у нее случился заворот кишок. Ей стало ужасно плохо. Спасти ее, к счастью, удалось: опытная соседка оказать первую помощь».

Само освобождение Одессы было радостным, но в то же время и кровавым событием. В тот день на улицах творилось ужасное.

«Когда наши наступали, а оккупанты пытались вывезти, что только могли. Помню, у нас на улице Болгарской машины выстраивались в 5 рядов, от дома до дома. Таким строем двигались войска. Уходя, они поджигали весь транспорт, который не могли увезти с собой. Так полыхал весь центр. А под нашим домом взорвали машину с бочками бензина. От взрывов бочки перелетали через дом и падали у нас во дворе. Но наши партизаны сработали на славу, им удалось откатить большое количество машин от очагов возгорания. Мне было 8 лет. И я на всю жизнь запомнила, как немцы на улице стреляли по прохожим, а потом и себе в головы. Ни один фильм не передает того, что происходило в тот день. В брошенных машинах мама нашла так называемый «НЗ», запасы провизии на «черный день». Два таких ящика она затащила во двор, а потом содержимое одного ящика раздала входящим в город нашим солдатам. Все были настолько счастливы! Так что мы встречали, чем могли, идущих по улице Госпитальной 10 апреля 1944 года наших воинов», – со слезами продолжает свой рассказ Валентина Михайловна.

Есть чему радоваться, о чем грустить, что вспомнить. Дети войны сейчас пожилые люди. Для них общение с такими же пережившими и выжившими – порой единственная радость в жизни. Еще 15 лет назад объединение имело свое помещение, в котором регулярно проходили встречи и различные мероприятия. По истечению срока аренды местные власти контракт со стариками не продлили. А глава «Союза детей оккупированной Одессы» Альберт Валентинович Малиновский был вынужден перевезти архив к себе в квартиру, в которой стопки дел хранятся по сегодняшний день.

«На протяжении нескольких лет я обращалась и в городской совет, и к депутатам различного уровня. Горсовет выделил нам помещение за 1 гривну, но, оказалось, нужно было ежемесячно платить за обслуживание данной комнаты по 2000 гривен. Организация мы некоммерческая, никаких взносов члены не делают, а сумма для нас неподъемная. Так мы помещение и потеряли», – поделилась Валентина Михайловна.

Ситуация также усугубляется тем, что никто из чиновников попросту не помнит о «детях войны», говорит пожилая женщина.

«Нас будто не существует: о нас не вспоминают ни 9 мая, ни 10 апреля. А это очень обидно. Если «ленинградцы», живущие в Одессе, а также другие объединения получают и помощь, и подарки, и становятся гостями разных мероприятий, то мы – пустое место. Мы пережили оккупацию, мы голодали, умирали, помогали партизанам и освободителям. Каждый день наша жизнь висела на волоске, пусть нам было не так и много лет», – пожаловалась собеседница.

Руководитель «Союза детей оккупированной Одессы», несмотря на сложившуюся ситуацию, продолжает вести просветительскую деятельность и занимается выпуском книг с воспоминаниями одесситов о войне.

«Нас с каждым годом все меньше и меньше, а все, чего мы хотим, – это простое человеческое общение. Наличие места, где мы могли бы собираться, знакомиться, проводить вместе время, а также искать других «детей войны», стало бы глотком свежего воздуха», – говорит Валентина Михайловна.